domdur

или Доктору - излечися сам.

( Ноябрь однако... )

Друзья мои! Кто из вас не знает всей глубины моего циничного отношения к больным, пущай ни в коем случае не лезет под кат. Потому как за подобные перлы в коммьюнити ЛУЧШЕ МОЛЧИ меня обозвали... не буду говорить, как. Разве что диплом не отобрали вместе с чувством величия и могучести нашего родного руского... А не увековечить сии строки из самоотчета пациента ( которого с милой улыбкой мне передали полечить, ибо доктор лечащий его о@уел окончательно "так перегружен, так перегружен!"), я не могу.
Я же сильно прозрела и поняла всю степень своей отсталости и ограниченности фантазии, потому как до сего дня считала уринотерапию верхом хитрой выдумки на голи, ан нет...

( :-О )

или Среда научная, последняя.

Поражаюсь я наивности и доверчивости библиотекарш – недаром институтов культуры поназаканчивали, ентилехентки… Ну разве можно мне верить на слово и подписывать бегунок, коли я еще журналы не сдала? Да какими бы честными глазами я на вас не смотрела…
Но тут, начитавшись досыта всякой психиатрической периодики да юнгеанско-хеллингеровской х….ни, почувствовала небывалый прилив ответственности за всех и вся, и решила избавиться от них к чертям собачьим. И от х..ни, и от ответственности. В воспаленном мозгу еще крутилась фраза блондинки с синими ногтями из вчерашнего кафе: «… этот роман его – ну просто контаминация всех предыдущих!». Не-не-не, ребята, «собрать все книги бы да сжечь», а то неровен час и с моими кожными придатками случатся такие вот цветовые метаморфозы.
Ладно, пусть не все, и не сжечь, а часть – на антресоли, и журналы все же вернуть. Пнув в порыве гендерной тоски (йеххх, мужика бы…) неподъемную и стоящую на проходе коробку из-под пылесоса, набитую худлитом, потащилась я к своим бывшим друзьям и коллегам, совместить, так сказать, общественно полезное с сомнительно приятным. Ну когда я их еще увижу и попаду на клинический разбор, куда никто в течение четырех лет мне не мешал являться да хоть кажну среду, но то ж обязаловка, а тут – так, на огонек.

Началось с того самого приятного. Выяснилось, что Шеф Номер Раз, никогда не вникавший в мелочи, не знал, что Шеф Номер Два (мой самый непосредственный и давно на все забивший) точно так же непростительно эти самые мелочи игнорировал. Его изумлению не было конца и края, когда он узнал таки, что я давно уже официально у него не работаю. Да и откуда Второму знать, если он еще давнее не работает, но только неофициально. Вот тут-то он и стал крутить в задумчивости жидкий локон (бальзам от седины для мужчин, тон темный каштан – сама таким крашусь) где-то в районе виска. Кажется, до него начало доходить, кто занял хлебное место под тем солнцем, что ему уже не светило. Надо бы пошустрее смыться, когда все закончится.
( Дальше )

Что может быть приятней выходного безо всяких шопингов и работы? Пралльно! Совсем маленький шопинг после небольшой работы в выходной. Приятно чувствовать, что все люди как люди, а ты – особенная. Домой не с пятничной попойки возвращаешься в помятом виде, а в очень даже сурьезном с серьезной и вдрызг тебя задравшей ответственной работы. С курса не сворачиваешь, ну разве что с маленьким отклонением на «наш родной центральный рынок», что похож на грязный склад. Картошка, гречка, сахар. Никаких лишних разговоров.

Родимые бомбилы у метра лениво кроют меня матерком, уже перестав ломать голову, как это мне удается с первого раза уехать не за 200 и даже не за 300 туда, где сотни и так выше крыши. И кажный раз не ленятся сказать погромче, чтоб потенциальный таксер услышал, что я – динамистка и халявщица.
( Дальше )

Часть третья, последняя.
Начало ниже.

А здесь конец моему терпению и сурку Филу.

Да мало ли, что я там себе решила! Цена таким решениям – что моим советам. Хоть и говорила, что в жисть больше не пойду по злачно-торговым местам с их свинским гриппом сервисом и пидарасами, но жисть эта меня не шибко-то спрашивала и сама все по этим самым местам и расставила.
А все дочь, что пошла по моим неверным юношеским стопам! Куртенка ее моднючая, как сказала бы моя мама, «едва пуп прикрывает, а уж к чему все это может привести – даже подумать страшно». Но это ей было страшно думать, а для меня это дело привычное. В страхе от длины моих прикидов, «говорила мама мне про любовь обманную, да напрасно тратила слова». От любви обманной даже чадра с паранджой не спасет, а вот циститы… Циститы не то, что спасут, а не дай Аллах, еще и напрочь избавят да на всю оставшуюся. А вот от циститов (говорю как наученная горьким опытом) спасают только длинные куртки и свитера. Да, опять свитера, будь они прокляты!

В короткой куртке, но с длинным свитером вполне можно проходить до новогодних распродаж. Оно тогда и дешевше выйдет, да и к Новому-то году авось Дедушка Морозец посильней приударит и ума моей кровиночке под елочку вдруг да положит. Согласится, может, тогда на нормальный человеческий пуховик…
Да, вера в чудеса во мне неистребима… Вот получила я их по полной, но на сей раз уже в «Ашане» (смари пост выше) и на рынке.
( Дальше )

Не сомневалась, что на всяку-разну похабень типа предыдущего поста аудитория откликнется с энтузиазмом. Не стал исключением и наш дорогой life_maker со своим комментом

Ну а раз так человеку жаль, то отчего бы ему не помочь?
Значицца так: тырим фоту к себе в фотошоп и даем полную свободу фантазии. Сроку - до воскресенья вечера, дабы было чем самих себя порадовать утречком первого рабочего дня. Свои шедевры выкладываем в комментах к этому посту.

Антисемитская направленность не приветствуется, бо можно и по бану схлопотать, а вот что касаемо всевозможных сексуальных перверзий, то где, как не тут им самое место?

Таки с богом!

Часть вторая.

Фотошопинг.

А вы знаете, почему евреи уважают проституцию?
Имеешь таки нечто, это нечто продаешь, и оно таки снова с тобой.
( Но чтобы так демпинговать!!!!! )

Часть первая.

Про похудание, шопинг и сук неопределенной ориентации.



Я просто обожаю давать полезные советы, особенно если:
1) их никто не просит
2) за них никто не платит, а посему они
3) априори бесполезны.
Одним словом: вреда никакого, ответственности тоже.

Короче – совет такой. Прежде, чем что-то сделать, лучше один раз подумать, чем сто раз подумать. Потому как если уж что в башку втемяшится, то все равно воплотишь, а так хоть на душевных метаниях («стоит – не стоит») время сэкономишь, оставив его на последующие раздумья «а оно мне надо было?» Это я про похудеть.

Покуда силы воли я лишена напрочь, а умища хоть отбавляй, вариант я выбрала самый малобюджетный (ха-ха) – «достаточно адной таблэтки». Сразу отвечаю – не тайские и не пресловутый ксеникал, что потребляют положительные героини второго плана в детективах Татьяны Устиновой, но только почему-то не она сама. Про отдаленные последствия типа полипоза кишечника она, как человек от медицины далекий, могла и не знать, но зуб даю – хоть разок, но на себе попробовала. И наверняка вывод сделала правильный: белое не носить, обтягивающее не одевать, ибо первое зрительно полнит, а второе не налезает, и дюже под ним памперсы видны. Да и радости жизни это снадобье не прибавляет: ни тебе засмеяться в полный рост, ни поднять ничего тяжелее косметички, что тому коту моей знакомой, что по бедноте студенческой кормила его протухшим «вискасом», и при том удивлялась, что тот срал, дальше чем видел.
( Дальше )

Стоило моей любопытнейшей дщери отлучиться погулять всего-то на пол часа, как в доме произошло событие, над этиологией которого бедняжка чуть ли голову не сломала. В тридцатипятирублевой вазе (магазин одной цены – находка для импульсивных транжирок!) появилась роза.
- И откуда? – без тени тактичности поинтересовалась она. В двугорбого корабля пустыни она не поверила и решила подвергнуть факт логическому анализу, смешав в кучу и вполне взрослые доводы, и присущие возрасту девчачьи приметы по части языка цветов и прочих сокровенных познаний.

- Так, - сказала она, - что мужик – это вряд ли.
- Это почему еще? – возмутилась я. Неужто все ж насмотрелась какой телегадости типа «Устами младенца», где какой-то вундеркинд заявил во всеуслышанье, что секса после сорока не бывает? К тому же мне еще не совсем чтобы столько! Или по скромности количества. Я уже было приготовилась процитировать метрошную социальную рекламу «Один цветок может сказать больше… (дальше не помню)» или «Дарите женщинам цветы» (не иначе, как проспонсировали кавказские наши братья из вечноцветущих республик), да не успела.
- Да по времени. Всего-то пол часа, вы б не успели…
( Дальше - больше... )

или ( С новой рабочей неделей, Господа! )

Господа, а вот вы помните того умственно отсталого интеллигента, что все семидесятые на каждом «Голубом огоньке» собирался пойти в кулинарный техникум?
Кхе-кхе, это щас наше телевидение всяк горазд обругать на свой лад: хошь - за пропаганду вот этого самого, а хошь - за политкорректность по-американски. А я, когда маленькая была, твердо решила одно – за такого идиота замуж ни за что не пойду, пойду за другого. Ну ладно, замуж отхожено, казалось бы – дыши себе свободно, ан нет. Последнее время, и назвать его непродолжительным нельзя, дочь стала твердить про вот этот самый кулинарный, но это еще полбеды. Главное – шукает в инете всякие колледжи да техникумы. Разницу мне объяснять бесполезно, ПТУ - оно и в Африке как не назови…
( Предупреждение! Все плюшки выпечены профессионалами. Не пытайтесь повторить подобное самостоятельно. )

Промерзла как цуцик. Одно радует – последний раз. Ноги моей не будет больше в госбогадельнях от медицины. Никаких прощаний и сантиментов.

…доктор, утирая скупую слезу о всех болящих и страждущих, что столько лет были приписаны к его участку (который неизменно его же (докторскими) стараниями, ежеквартально давал нужный прирост пограничной психической патологии), закрыл кабинет и вышел в осеннюю, пронизывающую холодом и безнадегой мглу…

Вот как только начну конюнктурить и писать романы про медицину эпохи реформ конца начала 21 века, не забыть бы фразу. Уж дюже хороша! Шедевр!!
А щас хорошо бы тачку поймать и довести себя до метро. Желательно молча. Ога…

Довел… тьфу, довез меня лысый толстый узбек.
- Ээээххх….. А в тюрьме сейчас ужин Ташкенте жара, макароны дают дыни поспели…
Мне оставалось только поежиться. Видя, что позитивом меня не пронять, решил поменять волну.
- А как школа учит, дети ничего не знают! Вот я все учил, хорошо знал. Русский читал. Пушкин читал, Лермонтов читал, Узник читал… А дочка звонил, говорит: папа, сегодня пятница? Да, говорю. А завтра что? Суббота, говорю. А их учитель русский – не знает, говорит, пиши шестница.
- Ничего, - говорю, - зато у вас кроме дынь еще трава растет. Хорошая, видать…
- А что мне трава? Мне дочь растить, это не трава... Вот тебе метро – выходи.
- Спасибо…
- И тебе, дочка, тоже…

Вот, а Виктория Окунева мне не верила((( Говорила - быть того не может. Ну разве что только в нашей погрязшей в разврате Москве...

А теперь давайте дружно подумаем, для чего предназначено сие фармацевтическое изделие?
( Первое и единственное, что пришло в мои извращенные мозги - а не иначе, как для страпону!! :-О )

Кажется, наступил тот момент, когда я могу наконец-то вздохнуть с облегчением. Я СДЕЛАЛА ЭТО! Те немногие, кто знает меня лично, поймут, о чем я.
А остальным мы поставим хорошую песню на радио "Шансон" прочтем стиш. И плевать, что не по сезону и что аффтару удалось остаться анонимным. Удовольствия вам это не испортит))))))))

( Прошу сразу - не надо спрашивать, где я это нарываю такие букеты!!!! )

Перепостами я почти никогда не занимаюсь, но заради Ленки Гадюкиной elena_gadyukina и Димы Раева...

http://ne-togo.livejournal.com/160823.html

или страшная "Сказка" на ночь.

Славно выспавшись на сказочном диване конструкции клик-кляк (врут они все, эти инструкции! Вовсе не таким «сезамом» его можно разложить или собрать, хотя да… близким по звучанию), иду я себе вчера на работу. И слышу из мобовибратора стеснительные покашливания, переходящие в нарочито-позитивный мужской заплетающийся дискант:
- Кхе-кхе… Вы уж нас извините… Подзадержались мы немножко… Ну сами понимаете – отпуска, лето, фиго-моё…
( .........нет слоFF...... )

Часть восьмая.

Карелия, погранвойска… Надо же! Я полистала энциклопедию, посмотрела на фото озер и куцей природы, вконец изуродованной советской полиграфией, и тут же на свой манер переврала, как мне будет долго все это снится. И примкнула в своем ожидании в компанию к Надьке-соседке, что ждала своего Игоря, и почти так же безнадежно. Надька к киношной компании не имела не малейшего отношения, но и для нее я так же была обычной малолеткой. Но поскольку к «серьезным» Надька себя относить и не думала, то и к малолетству моему относилась снисходительно, покуда я наивно казалась ей безопасной.
Надежда просто обожала всякие романтические истории, особенно романы Дюма, и по прочтении очередного мне нетрудно было угадать по ее физиономии, в чьей шкуре она еще будет пребывать ближайшие несколько дней. Я сама сих шедевров я не читала (вроде как отец сказал, что мое время для них прошло, или что-то в этом духе), но догадывалась, что в реал она выходила, забыв сбросить шкуру какой-нибудь отравительницы или разлучницы. До имиджа роковой женщины ей не хватало всего ничего – хороших шмоток, но они были у меня.
Вот уж к чему я относилась легко, и давала поносить не с барского плеча, а запросто так, ну и чтоб дружили, конечно… Облачившись в польский трикотаж (верх, и весьма разнообразный ей поставляла я: привозимые отцом кофтенции казались матушке слишком молодежными и фривольными, а нам так самое оно) и единственные джинсы (вся до копеечки месячная зарплата медсестры), она давала если не всем подряд, то через одного. Врачам и фельдшерам на подстанции «скорой». А со мной делилась среднемедицинскими и личными познаниями о взаимоотношении полов.
( Дальше )

Часть седьмая.

Засада была в том, что наврать себе и начать думать, какой быть, я не могла. Я уже была. Какой именно, я ответить бы затруднилась, но точно знала, что не той, с которой может или не может быть «все серьезно». И дело было не в девственности – её наличие или отсутствии.
Господи, скорей бы уж избавиться от неё к чертовой матери! Выбросить из головы и не думать. Сколько разговоров про неё велось, и сколько в них было разночтений. Одно я знала точно: это больно, а боли я боялась. Ужас был в том, что при моей безбашенности (изнанкой которой была обычная доверчивость, которой почему-то принято стыдиться), это могло случиться, скорее всего, не с тем (как мне почему-то думалось), кто будет слишком-то церемониться. Не потому, что злой и невнимательный, а потому… Почему и, например, зубные врачи (а их я боялась больше всего), не нарочно причиняют боль, а просто другого пути нет. К тому же я вообще смутно представляла, как все это происходит в реале.
( Дальше )

Часть шестая.

Из всей компании, что, по словам моей матушки, «до добра не доведет», я выбрала самого лучшего. Лучшего – в прямом смысле, хотя по истечении лет можно смело сказать, что все его достоинства начинались с частицы не. Не матерился, не плевал на дальность, не носил потертую джинсу и ботинки с узким носом на скошенных каблуках (последнее объяснялось его вполне приличным ростом, из-за коего, как я позже поняла, остальные мальчики жутко комплексовали). И, разумеется, не обращал на меня никакого внимания. Недостатки моей кандидатуры были для всех столь очевидны, что подлежали не обсуждению, а ленивым насмешкам: малолетка, «ни рожи ни кожи», да еще «плоска как доска».
( Дальше )